ДЖУНГЛИ ВНУТРИ ТЕБЯ

Купить цифровую за 285 руб.

ссылка на скачивание книги в разных

форматах придёт мгновенно

Купить бумажную с пересылкой по РФ за 885 руб.
  • твёрдая обложка, белоснежная бумага, защитная упаковка
  • книга будет отправлена вам в течение 3-х рабочих дней после оплаты 
  • вы сразу получите трек-номер для отслеживания 
  • доставка занимает в среднем 2-5 дней, в зависимости от региона
  • книгу вручат под роспись, лично в руки в вашем отделении Почты России
  • 100% гарантия доставки до почтового отделения
  • 100% гарантия быстрого ответа: я всегда на связи

О КНИГЕ:

На Ханну из Лиссабона свалились огромные деньги, но чтобы получить их, ей приходится отправиться в Бразилию.

Там она погружается в мир африканской магии, амазонок, таинственных индейских троп и пиратских кладов.

Поиск богатства затягивает Ханну в джунгли внутри неё самой, где начинаются настоящие приключения.

Следуя за героями, читатель сможет проложить путь через тёмную ночь души, найти отгадку к своей судьбе, преодолеть страхи, обрести блаженство, силу и свободу жить.

Этот авантюрный и мистический роман поможет исцелить раны детства и пройти сквозь кризис, наполнит решимостью и откроет подлинный смысл нашего пребывания на этой земле.

Как появилась книга
 
В 2013 году я решила отправиться в один из самых опасных городов планеты — Салвадор-да-Баия. К тому времени я уже более года жила в Бразилии, хорошо объяснялась по-португальски и потому решила, что готова к дикому и непредсказуемому путешествию в жаркий, липкий, чёрный штат Баия.

После пяти дней в Салвадоре я села в самолёт с самодовольной ухмылкой: "Пожалуй, я единственная иностранка, которую не обокрали в этом городе". Как же я ошиблась: то, что я узнала в Салвадоре, похитило моё сердце и мой покой на много лет.

Эта удивительная история поселилась во мне и постепенно вытеснила собой всё остальное. Мои редакторы из "Вокруг Света" и "Моей Планеты" просили новых репортажей. Я отвечала, что очень занята, а сама марала бумагу, пытаясь понять, как лучше изложить этот невообразимый бразильский сюжет.

Я начала писать эту историю в 2014 году и бросила в 2015 году. В 2017 году взялась снова и издала её в виде маленького романа "Бразилис", но гармония не вернулась в мой мир. Появилось ощущение, что я предала эту историю. Быстренько отделалась от неё, не рассказав её целиком.

В 2020 году я взялась переделывать роман "Бразилис" и поставила перед собой задачу создать книгу, которая заменит добрый десяток книг по психотерапии и покажет на практике, как же наконец перестать страдать по поводу и без. При этом это должен быть яркий, стремительный, весёлый роман, который погрузит читателя в новый для него мир и заставит забыть обо всем. 

Полтора года спустя появилась книга "Джунгли внутри тебя". Спокойствие и лёгкость вернулись ко мне. Ведь я не только отдала миру эту восхитительную бразильскую историю, но и "вшила" в неё путеводитель через тёмную ночь души к свободе жить. Тот, кто умеет читать не глазами, а сердцем, не вернётся из этого бразильского приключения прежним. Обещаю.

ОТРЫВКИ ИЗ КНИГИ "ДЖУНГЛИ ВНУТРИ ТЕБЯ":

Глава 1. Бразилис (начало)
 
Такого с Ханной прежде никогда не случалось: впереди замаячили большие деньги. Она не догадывалась, что деньги — это всего лишь приманка, чтобы вытащить её из привычного мира. Обещание богатства — крючок, который заглатывает каждый, кто мало знает о жизни. Ханна попалась на этот крючок, угодила в водоворот приключений и даже нашла сундук с сокровищами, под крышкой которого оказалось не золото, а кое-что драгоценней.
Впрочем, эта история заслуживает того, чтобы рассказать её с начала. Для Ханны она началась со смерти Алмы — последней жены её деда. В тот год Ханне исполнилось тридцать четыре. Она жила с мужчиной, который не собирался на ней жениться. Марк был в разводе и от прежнего брака имел дочку. Ханна не спрашивала своего жениха, почему он не делает ей предложение. Ходила на работу, оплачивала счета, покупала вещи, убеждала себя, что всё у неё в порядке. Алма думала иначе, но напрямую об этом не говорила.
Та самая Алма, чья смерть изменила жизнь Ханны, родилась в Бразилии, в городе Салвадор-да-Баия. Она прыгала с парашютом на землю и без парашюта — в воду, большим городам предпочитала джунгли, в Израиле и Непале сделала себе татуировки. Ходила в лес без ружья и с одним мачете. Знала, как отвадить муравьёв от жилища. Работала археологом, этнографом, фотографом дикой природы. Однажды в самолёте села рядом с дедом Ханны — так, в шестьдесят четыре года, Алма встретила любовь своей жизни.
Два десятилетия пара счастливо прожила в Салвадоре. После кончины мужа Алма неожиданно для всех переехала за океан, поближе к его семье. Купила себе домик в пригороде Лиссабона. Едва наладила быт, позвала к себе Ханну, чтобы вместе развеять над океаном прах её почившего деда. На высокой скале они опустошили погребальную урну, затем отметили жизнь мужчины в прибрежном баре и после третьего бокала вина подружились.
Алма уговорила Ханну уйти из аптеки и устроила её помощницей к знакомому режиссёру театра. Ханна была уверена, что режиссёр — сумасшедший. Её удивляло, что люди покупали билеты на его представления, не уходили из тёмного зала, а даже сидели до конца с раскрытыми ртами — сама Ханна никогда бы такую ерунду не досмотрела. Но работа ей нравилась. После скуки в аптеке помогать чокнутому режиссёру было в радость. Принести одно, заказать другое, позвонить, заплатить, забрать — день заканчивался быстро. Да и вечером было что рассказать Марку.
Женщины виделись каждое воскресенье. Выходные Марк проводил со своей дочкой, и с появлением бразильянки Ханна была даже этому рада. Она садилась на пригородный поезд и ехала к вдове своего деда, чтобы окунуться в иную, магическую реальность.
Гостиная Алмы была для Ханны волшебнее сказок Шахерезады. Бразильянка собирала у себя дома предметы, случайно найденные на дороге. Из мусорки в Хаммамете Алма вытащила резной ключик. Плесневую чайную ложку нашла на тропинке к замку Олите.
— Смотри внимательно: всё, что встречается тебе на пути — знаки.
— И что означает найти ложку?
— Я поняла. Остальным понимать не важно.
Из всех вещей бразильянки Ханну больше всего занимала нарисованная от руки карта, что висела в золотой рамке рядом с камином. На карте были лес, пустыня, река и город в тени пятиглавой горы, у широкого водопада. В углу теснилась надпись:
«Здесь находится золото, которое не украсть.
Здесь находится свобода, которую не отнять.
С начала и до конца времён этот город ждёт тебя.
Пока в тебе есть дыхание, ты можешь прийти сюда».
— Что это за город? — как-то спросила Ханна хозяйку дома.
— Тот, что все ищут, но попадают в него лишь единицы.
— Он в Бразилии? Ты была в этом городе?
Алма кивнула.
— И что там?
— Этого не рассказать. Тебе нужно самой увидеть.
Запах эфирного масла мирры, который в маленьких амфорах Алме присылали из Египта, пропитал каждую вещицу в её доме. Этот аромат окутывал Ханну во время вечерней дороги в Лиссабон, пока она вспоминала истории Алмы про индейцев, затопленные галеоны и сокровища в джунглях. Дома Ханна готовила ужин и ждала возвращения Марка. Перед сном они, обнявшись, смотрели сериалы. Утром разгонялось привычное колесо: душ, кофе, беготня по поручениям режиссёра. Всю неделю Ханна считала часы до воскресенья, чтобы снова погрузиться в истории самой удивительной в мире страны — Терры Бразилис.

Рутина оборвалась со смертью Алмы. Спустя неделю после похорон Ханне позвонил нотариус и сказал, что она стала владелицей неких произведений искусства. Ханна уже знала, о чём речь: Алма оставила в родном Салвадоре платья и любимые книги, но взяла с собой через океан архангелов Габриэля, Рафаэля и Микаэля. Ни кружева, ни строчки поэтов не ласкали её глаза как эти статуи, застывшие посреди движения. Алма держала их в гостиной на самом видном месте, показывала всем приглашённым. Говорила: «Их сделал величайший бразильский скульптор Кабра». Никто из гостей не знал, о ком речь, но все с почтением поджимали губы.
Статуи и правда не походили на обычных церковных жителей, суровых или застывших в экстазе. Эти были резкие, изогнутые, мятежные. Ханна много раз видела: гости Алмы, отвлекаясь от разговора с хозяйкой, касались статуй взглядом, а потом его с трудом отрывали.
Едва нотариус положил трубку, Ханна позвонила жениху и обо всём рассказала. Марк перезвонил ей через пять минут:
— Я посмотрел в интернете. Знаешь, сколько стоят эти статуи?
— Сколько?
Марк зачитал:
— Восемнадцатый век, выдающийся бразильский скульптор из Салвадора, штат Баия, настоящее имя Франсишку дас Шагас. Работы выставлены в главных музеях…
— В главных музеях?
— Да, милая, это сотни тысяч евро. Надо позвонить в аукционный дом и пригласить эксперта. Я займусь. И вечером куплю шампанское, это надо отметить.

Но после дня бурной радости пару ждало разочарование.
— Чтобы мы приняли ценности на экспертизу, нужны доказательства, ― сказал аукционный клерк равнодушно.
— Доказательства?
— Свидетельства, кем сделаны эти статуи. Сгодится любой документ, подтверждающий авторство. Посмотрите в личных вещах прежней владелицы.
— Алма никаких бумаг не оставила.
— Тогда статуи продать не получится.
— Как же быть?
— Выход один — искать в архивах.
— Где? В Бразилии?
Эксперт пожал плечами.
— Ну да, если статуи оттуда.
Он взял портфель со столика и направился к выходу.
— Что будем делать? — Ханна посмотрела на статуи, потом на Марка. — Полетим в Бразилию?
— Вдвоём? Зачем? Отпросись у режиссёра на несколько дней, возьми бумаги в архиве и возвращайся.
Ханна согласилась. Тогда задача представлялась ей лёгкой: слетать до Салвадора, найти в архиве документы, привезти их копии в Лиссабон и продать статуи с аукциона. А дальше — оставить работу, купить дом у океана, красивую одежду, новые сумки. Целыми днями рисовать цветы в вазах… Что ещё делать с такими большими деньгами, Ханна пока не могла придумать.
Она поступила, как сказал Марк: попросила у режиссёра отпуск, купила билет в Салвадор, забронировала гостиницу недалеко от архива. И всё же лететь было страшно. Прежде она была только в Валлетте и Риме, и то вместе с группой студентов своего университета. По дороге в аэропорт она дрожала.
— Мы одна команда, — Марк сжал в такси её руку.
— Да, — ответила Ханна вяло.
Перед стойкой регистрации сказала жениху:
— Какое-то у меня странное предчувствие.
— Всё будет хорошо.
Ханна вздохнула и поставила на багажную ленту свой чемоданчик.

Едва она оказалась в Салвадоре, перед её глазами ожили все истории Алмы. Ханна вспомнила про подземные ходы под церквями, треугольную площадь для порки, рынок рабов и дома привидений. В окно такси она разглядывала трущобы, стеклянные высотки, облезлые особняки баронов и графов. Было чувство, что рядом с ней сидит Алма, сжимает её ладонь и улыбается — бразильянка всегда улыбалась. Где бы она ни была, ей нравилось, что она видит.
Ханне чудилось, она слышала рядом стук каблуков Алмы, когда поднималась по лестнице маленького отеля. В номере гостью ждала ваза с фруктами, из которых она знала только бананы. Ханна подошла к окну и застыла: стемнело быстро, как если бы кто-то нажал на выключатель. Трущобы мерцали тысячью огоньков, звёзды обступили тонкий, заваленный набок месяц. Ханна легла на кровать, долго разглядывала с подушки чужое небо. Сердце не могло успокоиться — отчаянно билось. Ей удалось уснуть только к рассвету.

В девять утра камни брусчатки пылали так, словно ад находился прямо под ними. Беспощадное солнце поднималось над бухтой Всех Святых, чтобы как следует прожарить город. Ханна быстро позавтракала в гостинице и поспешила к архиву, где не было ни души. Пустота в коридорах была такой, словно туда никто не заходил годы. Уже потом Ханна поняла, что самое ценное в Салвадоре хранится под кожей его обитателей, а не на пыльных полках; но в тот день с воодушевлением взялась за бумаги.
В книге расходов ордена кармелитов она нашла запись, что в 1758 году церковь заказала Франсишку дас Шагас четыре статуи Христа и одну — Девы Марии. В другой книге обнаружила, что Братство чёрных людей заплатило Кабре за статую Иоанна Крестителя. Эти сведения оказались единственной её находкой. Растерянная, она набрала номер Марка.
— Здесь во всём архиве упоминаются только шесть его статуй.
— И наших нет среди этих шести?
— Нет, и все они находятся в местных церквях.
— А ты видела эти статуи? Они вообще похожи на наши? Может, Алма перепутала, и наши сделал вовсе не Кабра?
Ханна прикусила губу.
— Ты прав. Пойду посмотрю и пришлю тебе фотографии.
Ханна нашла на карте церковь Носса-Сеньора-ду-Карму и поплелась к ней по сумеречному раскалённому Салвадору. Внутри храма было темно и прохладно. Ханна села на скамью и поглядела на подсвеченную статую Девы Марии. Не было сомнений: её сделал тот же человек, что и статуи Алмы. Богородица на алтаре была словно живая: вот-вот вздохнёт, вот-вот что-нибудь спросит. Ханна достала телефон, чтобы отправить фотографию Марку, но тут же услышала за спиной голос:
— Здесь нельзя снимать.
Позади неё стоял священник в коричневой рясе.
— Скажите, это ведь статуя Кабры?
— Да, — служитель поглядел на женщину с любопытством. — Откуда вы его знаете? Его мало кто знает.
— Нашла в документах, в архиве.
Священник сел рядом с Ханной.
— В архиве? Зачем вам архив?
Она пожала плечами.
— Просто интересно.
Мужчина, само собой, не поверил.
— Не стоило бы вам этим интересоваться.
— Почему?
— Живите спокойно, не ворошите прошлое. Пусть они отдыхают.
— Кто они?
— Сам Кабра, Изабель Гарсия Д’Авила, его любимая женщина, — священник указал на статую Девы Марии, — и их ребёнок.
— Разве это не Дева Мария с Иисусом?
Мужчина усмехнулся.
— Посмотрите на младенца. Видите широкие африканские ноздри, полные губы, выпирающие брови? Какой Иисус? Таким Кабра представлял их с Изабель сына.
— Представлял? То есть он его никогда не видел?
Священник покачал головой.
— Почему?
Бартоломеу вздохнул, достал из складок рясы телефон и поглядел на время.
— Мне пора закрывать церковь.
Сердце Ханны заколотилось.
— Могу угостить вас ужином? Прогуляемся до Ларгу-ду-Пелоуринью? — выпалила она.
Священник, к её удивлению, согласился. Он запер храм, включил сигнализацию и зашагал рядом с Ханной по мощёной улице. Салвадор наполнился запахами еды. С холмов доносился бой барабанов. Смеялись женщины, визжали дети, с деревьев кричали мартышки, пели ночные птицы. Звёзды, крупные и горячие, ярко сияли.
По дороге священник Бартоломеу поведал Ханне, что Изабель Гарсия Д’Авила была праправнучкой Федерику Гарсия, который, по слухам, был незаконнорожденным королевским сыном. Чтобы избавиться от бастарда, король Португалии отправил его так далеко как мог — на дикую землю Бразилис, где никому не известный подросток без титула стал крупнейшим землевладельцем. Быстрее чем джунгли вырос его замок, а плантации сахарного тростника тянулись вдоль всего побережья. Поместье и земли переходили от отца к сыну, пока не попали к последнему в роду — Гавилану Гарсия. Именно он, на свою беду, пригласил в замок чернокожего скульптора Кабру, чтобы тот украсил статуями его часовню.
У Гавилана была дочь — Изабель Гарсия Д’Авила. Она влюбилась в Кабру и каждую ночь проводила со скульптором в его сарае. Там, на мешке из-под риса, они зачали ребёнка. Договорились сбежать на Карибские острова, но их планам не суждено было сбыться. В замок приехал некий Ричард Гейт и попросил руки Изабель у Гавилана Гарсия. Так беременная Изабель, по воле отца, обвенчалась с пиратом, который купил себе титул графа, а шрамы от сражений прятал под пудрой.
— С пиратом?
— Да, это та ещё история, — улыбнулся священник. — Хотите её услышать?
— Ещё бы! — воскликнула Ханна.
Они сели за столик кафе на площади Ларгу-ду-Пелоуринью и заказали по лимонаду...
История Джамаймы
 
Я родилась в доме, разделённом на две части. Мужская половина была местом сосредоточения и самоуглубления, там жил только мой папа. Вещей в его комнатах было мало, и каждая служила чему-то. На рабочем столе отца могло находиться не более трёх предметов разом. Он говорил, что иначе его мысль цеплялась, а ему нужно было, чтобы мысль парила.
Мой отец вырезал деревянные маски для карнавала, пропитывал их смолой с мёдом, разрисовывал густыми красками, покрывал лаком. На женской половине дома мы с мамой украшали наряды для ритуальных танцев. Под моими пальцами драконы со львиными лапами сплетались телами, появлялись сосуды с эликсиром от слабости духа и магические клинки ваджра, которые сами находят врага и его поражают. На каждом наряде я вышивала крыло птицы, которое даёт божественную защиту; и цветок лотоса — напоминание о быстротечности бытия и неизбежности смерти. А на одеждах султанов и высшей знати я оставляла священные, доступные только им узоры.
Наши люди с почтением относятся к рукотворной вещи и охотно за неё платят, потому сундук на половине отца всегда был наполнен деньгами. Нам с мамой мало что доставалось оттуда. Лишь однажды, когда мне исполнилось семнадцать, папа сделал мне дорогой подарок: он преподнёс мне шпильку для волос с наконечником из коралла. Я каждое утро втыкала её в волосы и вынимала только под вечер.
Как-то на рынке я разглядывала расписные чаши. Ко мне подошла женщина, а следом за ней — мужчина.
— Где вы купили такую шпильку? — незнакомка пыталась казаться спокойной, но голос её дрожал, как парус.
— Мне её подарил отец, — ответила я.
Женщина схватила меня за руку.
— Пожалуйста, продайте мне её. Такая же была у моей мамы, когда я видела её в последний раз. Она села на корабль, который утонул в море. Мама снится мне всё время, а у неё в волосах эта шпилька.
— Мы заплатим, сколько потребуется, — вступил в разговор мужчина.
— Проси много, — шепнул мне торговец чашами на нашем диалекте.
Я назвала высокую цену, и тут же в моей руке оказались деньги. Я вытащила шпильку из волос, женщина прижала её к груди и скрылась в толпе со своим мужчиной.
— На что мне их потратить? — спросила я у торговца. — На что люди тратят такие большие деньги?
Его глаза налились тоской.
— Если бы я был молод, как ты, я бы отправился в путешествие. К тому же домой тебе лучше не возвращаться: отец убьёт тебя, когда узнает, что ты сделала с его подарком.
Так начались мои странствия. Я бежала от гнева отца, но его шпилька осталась торчать в моём сердце. Я поняла это, только когда угодила в самую страшную из ловушек — я влюбилась. Это жуткое испытание свалилось на меня в городе у пролива, что соединял два моря. Вода в том проливе была взбалмошной и опасной. Я сняла домик на побережье. Дни проводила у окна, вышивала и смотрела на водовороты. Иногда в них закручивались и мои мысли, и вместо лилий на наволочках и платках появлялись воронки, корабли без мачт и красные луны над ними.
По вечерам, когда свет делался негодным для работы, я шла гулять в город. Шагала по улицам и заглядывала в окна: в тёплых комнатах люди сидели близко, как когда-то мы с мамой. Мне становилось одиноко, я спасалась в шумных кофейнях, барах и однажды случайно зашла в театр марионеток. Там села за столик и с восторгом смотрела, как смешные куклы говорили деревянными ртами, целовались, сталкиваясь носами; дрались на картонных шпагах. В конце спектакля на сцену вышел лысый бородатый мужчина. Поклонился, обвёл публику взглядом и задержал его на мне на мгновение. Что-то щёлкнуло у моей ноги. Люди направились к выходу, а я осталась на месте. Кукловод скрылся за занавесом. Я чувствовала: он смотрит на меня оттуда.
На следующий день я не могла работать — пальцы дрожали, мысли уносились к занавесу, за которым прятался тот мужчина. Видела в окне, как лодки в проливе огибают водовороты, как опасные течения относят неопытных мореходов к скалам. Шла на кухню, заваривала травы для спокойствия духа, но дух всё равно волновался. Мысли и чувства бесновались, как если бы внутри меня была буря.
Вечером ноги снова понесли меня в театр марионеток. Раз за разом меня влекла туда какая-то неведомая мне сила. Однажды эта страшная волна бросила меня к лысому кукловоду и заставила сказать:
— Давай выпьем кофе?
Он согласился. С тех пор мы встречались каждую неделю. Гуляли по ночному городу, ели шербет из чашек с потрескавшейся эмалью — я его угощала. Очень хотела понравиться ему, но не знала: нравлюсь или не нравлюсь. Эта неопределённость меня душила. Он говорил мало, курил глиняную трубку, в три глотка выпивал вино из бокала. Вёл к себе домой, там набрасывался на меня, срывал одежду. Мы делались одним целым, и мне было сладко; но потом разделялись, и начиналась горечь.
Те долгие дни по отдельности стали моим ядом. Я не могла работать, заказчики уходили к другим мастерицам. Все мои мысли были лишь о руках, которые дёргают нити; руках жёстких и сильных, после которых болело тело. Я считала синяки на груди и шее и хотела больше. Проводила дни у окна мастерской, смотрела, как парусники минуют водовороты, и ждала, когда он пришлёт ко мне мальчишку с запиской. Заполняла минуты мыслями: я сделала что-то не так? Что-то не так сказала? Почему он не пишет? Иногда уставала ждать, надевала самое красивое платье и ходила вокруг его дома в надежде на случайную встречу. Опасное течение несло меня и крутило. Штурвал сломался и вертелся сам, капитан ослеп: кораблекрушение делалось неизбежным.
Оно произошло в тот вечер, когда поток снова бросил меня в проклятый театр марионеток. У дверей я столкнулась с красивым французом.
— Я вас здесь прежде не видела. Вы в первый раз? — спросила его.
— Да.
— Позвольте, я вам всё покажу.
Моя рука скользнула в подставленный им локоть, мы вошли и сели за мой обычный столик. Я чувствовала, как лысый мужчина наблюдает за нами. Опьянённая этим ревнивым взглядом, я ласково смотрела на незнакомца, дотрагивалась до него, смеялась особенно громко. Ждала, что хозяин марионеток разорвёт занавес, как рвал на мне одежду, подойдёт и потребует объяснений. Но ничего этого не случилось. Я вышла из театра под руку с французом. За нами захлопнулись двери, ключ повернулся в замке. Только тогда я поняла, что натворила. «Это конец! Конец!» — вертелось в голове. Я принялась колотить в окна, но кукловод не открыл мне. Ничего не видя перед собой, я выскочила на дорогу. Послышались крики со всех сторон. Удар. Фонари и звёзды перемешались. Кто-то взял меня на руки и положил на сиденье. Я слышала, как моя кровь капала на пол повозки.

Едва смогла ходить, пошла к ведьме. Она выслушала мой рассказ и спросила:
— Ты ведь не впервые раз так увязаешь?
— Не впервые, но в этот раз было особенно сильно.
— Так будет повторяться, пока ты не погибнешь.
— Почему?
— Узор твоей судьбы нарисовал твой отец. Он означает: «Ты всегда будешь ко мне возвращаться». Попадись тебе хоть тысяча достойных мужчин, ты выберешь того, кто похож на папу. Будешь танцевать перед ним: «Полюби меня, обрати на меня внимание». Ярким платьем, странным поступком, огнём в руке будешь требовать его взгляда, пока однажды себя не спалишь. Так бывает всегда, так и будет.
— Я не хочу этого! Пожалуйста, помоги мне.
Ведьма думала, разглядывала свои ногти.
— Есть одно противоядие. Оно дорогое, и у меня закончились для него компоненты.
— Что это? Я всё добуду.
— Прежде всего, тебе предстоит добыть терпение, потому что первый компонент — это глаз ястреба. Нужно долго ждать, пока эта птица устанет от полёта и сядет на землю, в твою ловушку. Когда поймаешь его, принеси ко мне живого. Благодаря его глазу ты обретёшь зоркость. Издалека увидишь того, от кого нужно держаться подальше.
— Поняла.
— Второй компонент — хвост пятнистого змея. Снова вооружись терпением — это зверь подземный. Чтобы поймать его, ты должна прижаться к траве сердцем: когда оно заколотится часто, копай — змей близко. Порошок из его хвоста научит тебя слушать своё тело, оно всегда говорит правду. Если на чьё-то присутствие тело отвечает болезнью, убегай без оглядки.
— Ясно.
— Третий и последний компонент — это цветок огненной пассифлоры. Он раскрывается лишь в полнолуние. Его нужно сорвать сразу, как цветение кончится и лепестки сомкнутся. Тебе предстоит непростая задача: наблюдать цветение издалека. Сложность в том, что красивее этого цветка нет на свете. Он сияет, пульсирует, влечёт, но если подойдёшь близко, от его ядовитого запаха упадёшь на месте. Поэтому там, где растёт огненная пассифлора, всегда лежат кости тех, кто не смог сдержаться — по ним ты и найдёшь это растение.
— Для чего этот компонент?
— Он наделит тебя силой воли. Когда что-то опасное поманит, сумеешь остаться на расстоянии. Согласна добыть всё это?
Я согласилась, но не стала ловить ястреба и змею, срывать огненную пассифлору. Слова ведьмы сделались моим противоядием. Я уехала из города у пролива, чтобы ничто не напоминало о моём крушении, и начала новую жизнь на земле Бразилис. С тех пор как следую этим трём правилам, другие узоры появляются из-под моих пальцев. Не отец, не страшное детство — теперь я сама придумываю рисунок своей судьбы и черчу свой путь, дорогая Ханна.
История сеньоры Элен
 
Когда-то давно я вышла замуж за хорошего человека, но была с ним несчастна. С первого дня понимала, что друг другу мы не подходим. Я была быстрая, лёгкая, как колибри, а Тесеус мой был, как бык, неторопливый. У нас был крохотный дом, каждая вещь там была для дела. Маленькие кухня, стол, кровать — мы на ней едва умещались. У мужа была аптека в один прилавок, которую его отец подарил нам на свадьбу. Этот мир был мне тесен, а Тесеусу — по размеру. Я его дёргала: «Давай переедем в Рио, давай откроем аптеку побольше». Он удивлялся: «Зачем что-то менять, когда и так всё прекрасно?» Но мне хотелось движения, роста, свободы.
Ты спросишь, почему я вышла за него замуж? Из-за страха. Мне тогда было двадцать четыре, а когда живёшь в провинции, твою судьбу определяют годы. Он выбрал меня, а я испугалась, что больше никто на меня не посмотрит. Согласилась обвенчаться с ним и потом горько о своём решении пожалела.
Однажды в магазине для рукодельниц я услышала, как женщины шепчутся о Питонисе, глухой египтянке. Говорили, что священники пытались сжечь её на костре, потому Питониса пахнет гарью, а ожоги прячет под балахоном. Мужчинам эта колдунья запрещает к себе приближаться, а вот женщинам она помогает. Не бесплатно, за большие деньги.
— Питониса знает волю древних богов, про которых люди давно забыли.
— С точностью до часа предсказывает что, где и с кем случится.
— В складках одежды Питониса носит зеркало, в котором каждая может увидеть того, кто ей предназначен.
Я покинула магазин и весь день не переставала о том зеркале думать. Ночью не спала. Смотрела на Тесеуса и повторяла: «Ты не можешь быть моим суженым. Ты не мой, а чей-то. Я должна найти своего». На рассвете я ушла из дома в поисках египтянки. Оставила мужу записку, что скоро вернусь. Шагала по холмам и городам, шёпотом спрашивала встречных женщин про Питонису, незнакомки указывали мне направление взглядом. Я брела так долго, что восток и запад поменялись местами. Юг сделался севером, север — югом. Наконец пришла на землю, чёрную, как кострище; такую жжёную, будто там взорвались все вулканы разом. В том месте никто не замечал горелого запаха Питонисы. Ведьма поселилась в заколоченной англиканской церкви, где я и нашла её, за алтарём.
— Что тебе надо? — спросила она, едва я приблизилась.
Её лицо закрывал платок.
Я подумала: как египтянка услышит мой ответ, она ведь глухая? Но всё же уселась перед ней и сказала:
— Хочу увидеть того, кто мне предназначен.
Питониса молчала. Я отдала ей деньги, что принесла с собой. Питониса молчала. Я сняла бабушкины серёжки и перстень с сапфирами. Питониса молчала. Тогда я отдала ей обручальное кольцо — последнее из ценного, что у меня было. Предсказательница сгребла дары под подол платья и протянула мне мутное зеркало в горелой деревянной раме. Я взглянула в него: зеркало сделалось серым, потом заполнилось малиновым дымом, а после я увидела в нём собственное отражение.
— Это ошибка, — сказала я Питонисе.
Она спрятала зеркало в складки своего балахона. Я теребила её вопросами, но колдунья не отзывалась. Мне пришлось уйти. Всю дорогу я корила себя, что зря потратила деньги. Как я могу быть той, кто мне предназначен? Но истину зачастую понимаешь не сразу. Вот и я поняла, что зеркало сказало правду, но после…
История амазонок
 
— Так расскажи, откуда ты родом, Пласидия.
— Мой корень в земле у берегов Амазонки. Была там?
— Нет. Как там живётся?
— Это страшная и прекрасная земля. Лес там такой густой, что соседние племена друг друга не видят и разговаривают меж собой через перестук барабанов. Там луна пропадает на много ночей, потому что вода поднимается из реки и заливает небо. В такие времена и хворые, и здоровые падают духом. А вождь, сильный сердцем, ходит от хижины к хижине и говорит: «Думай, что думаешь. Твоё уныние — это твои мысли». Мужчины кивают и жарят на щитах побеги сои. Женщины кивают и варят муку-тапиоку. Мы поём перед ужином, а после — танцуем, чтобы сделать сильнее нашего Бога. Потом открывается гавань Ясности, и серая пелена воды уходит с неба. Джунгли наполняются ликованием барабанов. И, если очень захотеть, можно услышать, не ухом, а сердцем, как в глубине леса трубят в ракушки великие женщины коньяпуяра.
— О чём ты говоришь, Пласидия? Какие великие женщины?
— Первый из ваших, кто пришёл к нам, назвал их греческим именем «амазонки».
— Амазонки? Они существуют?
— Они всегда были и всегда будут. Я никогда не видела их — мне было рано увидеть. Но после сезона большой воды я слышала звук их труб. Он прилетал с другого берега реки, которую в честь них назвал капитан корабля и своей славной судьбы — Франсиско де Орельяна. Люди, которые умеют слушать других людей, говорили, что Орельяна потерял покой, когда узнал про амазонок. 

Всё началось у истока реки, у Мараньяна. Франсиско де Орельяна сопровождал конкистадора Гонсало Писарро, который отправился на поиски «золотого человека» — Эль-Омбре-Дорадо или Эль-Дорадо, как вы его зовёте. Царство этого правителя было таким богатым, что он каждый день обмазывал себя жиром и обсыпал золотой крошкой. Солдаты Писарро жаждали найти и украсть его богатство, но сами становились пищей для джунглей.
Много дней каравану грабителей ничего ценного не попадалось. Тогда Писарро послал капитана Франсиско де Орельяна проплыть вниз по реке, чтобы разведать местность и узнать, можно ли там чем-нибудь поживиться. Едва Орельяна отдал свой корабль течению, понял, что назад не вернётся. Смелые сердцем не могут устоять перед соблазном: «А что там дальше? А вдруг я буду первым, кто это увидит?» Он решил плыть до конца, каким бы этот конец ни был.
Парусник шёл на восток, берега реки с каждым днём раздвигались. Зачарованные моряки позволяли большой воде нести себя в неизвестность. Стояли вдоль бортов, глядели на новый мир и шептали: «Бог живёт здесь. Он точно живёт здесь, а не на небе…»
Иногда приставали к индейским деревням, чтобы пополнить запасы. Селяне прятались от чужаков, и испанцы брали в их домах что хотели. Так продолжалось, пока корабль Орельяны не причалил к берегу племени коньяпуяра. Высокие бесстрашные женщины нацелили на незваных гостей свои копья. Началось сражение. Одна коньяпуяра стоила в бою десяти мужчин. Амазонки не отступали, всегда шли только вперёд. Следовали не чужим командам, а порывам собственного сильного сердца. Орельяна и его моряки едва успели забежать на своё судно. Когда испанцы отплыли, их корабль походил на дикобраза из-за стрел амазонок. Женщины продолжали стрелять в чужаков, пока те не скрылись. Неистовые воды понесли парусник дальше и наконец отдали его океану.
Так Франсиско де Орельяна стал первым, кто проплыл по нашей великой реке без берегов от начала к другому началу. Он застыл в раздумьях: как назвать реку, про которую ещё никто в мире не знает? В честь себя — Орельяна, или в честь женщин, которые его прогнали? Красивых, сияющих, невероятных, ни одна из которых не испугалась пороха, не сдалась в плен, не покорилась. Ответ ты знаешь, его все знают.
Но история на том не кончилась. Орельяна вернулся в Испанию, на свою сухую землю. Жемчуг хрустел под его ногами, золотые ордена звенели при каждом шаге, но капитан скучал. Он не мог выбросить из головы топкие заросли нашего сладкого мутного моря; ветры, тяжёлые от влаги, и глаза женщин, которым не нужны мужчины. Эти глаза сияют так, как мало кто может представить. Орельяна решил возвратиться в джунгли и найти амазонок.
Больше о нём никто ничего не слышал. На вашем берегу говорили, что капитан умер от стрелы с быстрым ядом. Но мы, люди леса, знаем, что он не умер. Смелые сердцем не умирают. Одни и те же руки лепят нас снова и снова. Только тот, кто прошёл через огонь, вновь не становится грязью. Великие женщины коньяпуяра — огонь, потому Орельяна не умер…

Старушка затихла. Ханна моргала.
— Если амазонки живут без мужчин, то зачем Орельяна отправился к ним? Ясно же, что они бы опять его развернули.
Пласидия улыбнулась.
— Он хотел своими глазами увидеть храм, про который услышал от взятого в плен индейца.
— Какой храм?
— Храм Пяти Домов Солнца. Он стоит там, где река проваливается под землю. Его стерегут колдуны с набитыми пеплом ртами. Храм окружает город не холодный, не жаркий. Этот город — столица империи великих женщин коньяпуяра. Орельяна выведал у пленника, что секрет амазонок — это зелье, которое варили в том храме. Котёл был спрятан под землей, пар от варева поднимался через решётку, амазонки заходили в храм и его вдыхали.
— И потому становились сильными?
— Нет, это зелье всего лишь помогало им не отвлекаться, пока они внутри себя искали путь к своей силе.
— Как это?
Пласидия с сомнением посмотрела на Ханну.
— Чтобы понять, нужно представить.
— Я готова. Пожалуйста, расскажи.
Ханна едва не прыгала от нетерпения.
— Ладно, но будь осторожна: если у тебя чуткое сердце, из этого путешествия ты не вернёшься прежней.
Старуха поставила корзину на тропинку, велела иностранке сесть на траву, накрыла её голову своим домотканым платком.
— Видишь что-нибудь?
— Нет, — ответила Ханна.
— Хорошо, — голос Пласидии загудел, как ветер. — Представь, что ты сидишь на полу в золотом храме, а с потолка свисают разноцветные перья. Вдохни всей грудью.
Ханна вдохнула...
История Пласидии
 
— То есть сильные женщины — это одинокие женщины? — заговорила Ханна.
Пласидия раскрыла медовые глаза:
— С чего ты взяла?
— Я так поняла из твоего рассказа про амазонок.
— Вижу, тебе не дают покоя мои коньяпуяра.
Она засмеялась и дотронулась до руки иностранки.
— Моя истинная жизнь началась с того, что Фелипе бросил меня и исчез в джунглях. Мне было грустно, дочка, мне было очень грустно. Я оказалась никому не нужна: не о ком было заботиться, некому отдать своё время. Я брала на воспитание чужих детей, ухаживала за стариками, но тоска по-прежнему съедала мне сердце. Когда от сердца остался кусочек размером с вишню, вождь нашего племени подошёл ко мне и горько покачал головой. «Иди в свой дом и там смотри в свою рану. Смотри, пока она не станет для тебя дверью», — было сказано мне. Я послушалась мудреца: заперлась в хижине и сидела в полном уединении. В первые дни хотела, чтобы в комнату заползла красноглазая змея и меня укусила. Хотела, чтобы баобаб завалился на мою крышу и раздавил мои кости. Был соблазн выбежать, отвлечься делами, но я заставляла себя сидеть на циновке. День уходил, приходила ночь. Потом её снова сменял день, чтобы ночь отдохнула. Со мной был лишь мой полумрак. Я ела, спала и снова садилась на циновку глядеть в свою рану.
Глядела. Глядела. Глядела.
Сначала мысли толпились в голове. Потом разбрелись, как тапиры по полю. Подходили ко мне маленькими шагами и по очереди брели через мою голову, от уха к уху. Одни мысли заставляли улыбнуться, другие — приносили слёзы. Но я не гнала их, я на них смотрела. Разглядывала, как жуков под лупой. Когда мыслям надоело бродить по моей голове, они ушли в сторону, где заходит солнце.
Я осталась сама с собой. Тёплое спокойствие сгустилось вокруг меня, словно я вернулась в утробу, где моей единственной заботой было дыхание. В утробе матери я была частицей Бога, той из трёх, что рождается и умирает; семечкой, которая станет деревом и других своими плодами накормит. Там, в утробе, я жить не боялась, но потом прошла через узкий проём и попала в людские руки — они-то и научили меня бояться жизни. «Ты некрасивая», — сказали они, и я поверила, что я некрасива. «Ты бедная, достойный мужчина на тебя не посмотрит», — услышала и сама на мужчин не смотрела. «Теперь ты стара для замужества, поэтому быть тебе одной до конца жизни», — я поверила и смирилась с тем, что у меня никогда не будет мужа. И всё время рядом со мной был кто-то, чтобы словом, жестом, взглядом указать мне моё место.
И вот теперь, под своей крышей, на своей циновке, я почувствовала, что впервые стала от них свободна. Если я всё ещё существую, значит, я нужна Богу. Он единственный, кому я должна хотеть чувствовать себя нужной. Так одиночество сделалось моим блаженством. В темноте, в пустоте, в безлюдье я впервые заметила собственное сияние. Я сияла, и этого света для меня одной было так много, что я захотела им поделиться с другими. Я вышла из своего заточения, глядела на людей и теперь видела, какие они на самом деле: кто называл меня старой, тот сам старости боялся. Кто называл меня немощной, тот хотел почувствовать себя сильным. Кто говорил, что я некрасива, тот сам ненавидел свой облик. Мне стало так жаль моих недругов, что я их полюбила. А потом вернулся Фелипе. По его глазам я поняла, что мой муж тоже проснулся. Он зашёл в нашу хижину и спросил:
— Ты не злишься на меня, Пласидия?
Я ответила:
— Если ты хотел уйти, почему я должна на тебя злиться?
Он сел на мою циновку.
— Я понял, для чего я. Знаю, чем могу быть полезен миру. Но для этого мне нужно жить там, где живут многие люди. Я хочу, чтобы ты пошла со мной. Ты подруга моего сердца. Хочешь пойти со мной?
— Хочу, — сказала я.
С тех пор каждый день, когда открываю глаза, спрашиваю себя, хочу ли я быть с ним. Он каждый день спрашивает себя, хочет ли быть со мной. Вместе нас держит только желание. Если однажды оно исчезнет, мы расстанемся, и мне не будет больно. Ты, надеюсь, уже поняла почему?
Ханна молчала.
— Потому что я сияю сама для себя. В этом моя сила.

ОТЗЫВЫ:

Она НЕВЕРОЯТНАЯ. Она абсолютно про меня, и, наверное, каждая женщина найдет в ней себя. Каждый раз меня пробирал холодок, когда я находила ответ на один из внутренних вопросов к себе. Каждый раз я останавливалась, и говорила себе: теперь ты поняла почему так? Мне кажется, моего словарного запаса не хватит, чтобы описать свои эмоции так же красиво, как написана ваша книга. 

Просто благодарю вас за ваше творчество. За то, какие волшебные книги вы пишете. Они исцеляющие. Они лечат. Вдохновляют. После них чувствуешь себя свободной. И не нужно идти к психологу. 

Aziza Aimbetova

Мой новый любимый автор и новая книга, которую я сначала "проглотила", такая вот она необыкновенно-вкусная. Сейчас решила перечитать (не прошло недели). И знаете, со мной такое впервые, перечитывать оказалось ещё вкуснее! Рекомендую. Книги Марии очень глубокие, завораживающие своим сюжетом, магические!

У меня мощнейшая трансформация стала происходить после прочтения ваших книг! Личные терапии с терапевтом - это цветочки по сравнению с вашими книгами!

Наргиз Панфёрова

Книгу я прочитала на одном дыхании. Жаль, что такой книги не было у меня лет 20 назад. До всего этого дошла через много ошибок и поисков. Книга волшебная. Вы сумели связать воедино всё самое важное и нужное и подать это легко, изящно и с магией. Просто потрясающе. Вы - Мастер.

Ольга Савина

Мария, спасибо вам за прекрасную книгу "Джунгли внутри тебя". С удовольствием читаю и перечитываю ваши книги, последнюю растягивала как могла, это такое наслаждение! Благодарю вас! Вы потрясающий писатель, пусть воплотятся в жизнь все ваши творческие задумки!

Лидия Кармазина

БОЛЬШЕ ОТЗЫВОВ

УПОМИНАНИЯ В СМИ:

Содержание книги "Джунгли внутри тебя"
 
Глава 1. Бразилис
История пирата
Глава 2. Ангелы не живут в джунглях
История Джамаймы
Глава 3. Город, куда хочет попасть каждый
История Тьягу
Глава 4. Богиня без головы
История Жасинты
Чёрный спаситель
Глава 5. Сундук волшебных сказок
Письмо Тьен
Глава 6. Самый страшный водоворот
Письмо Борхи
История Аарона
Глава 7. Улыбка Иисуса
Глава 8. Месть Нарцисы
История Алейжадинью
Глава 9. Сердце одного, руки другого
Глава 10. За ночь до богатства
Глава 11. Источник под песками
Письмо из пустыни
Глава 12. Река без берегов
История амазонок
История Фелипе
Глава 13. Женщины из трущобы
История Луанды
История Женовевы
Глава 14. Дверь, которую от нас скрывают
История Глории
Глава 15. На восток или на запад  
Письмо женщины в татуировках
Глава 16. Та, кто играет на флейте жизни Письмо из джунглей
Глава 17. Перекрёсток невидимых дорог
Информация о цифровой книге
 
После оплаты вы сразу получите на e-mail ссылку на скачивание цифровой книги в форматах:
  • Pdf (для компьютера и любого устройства),
  • ePub (для смартфона, планшета и ридера),
  • fb2 (для ридера),
  • mobi (для ридера Amazon Kindle).
Если по какой-то причине ссылка не отправится вам автоматически, я отправлю ее вручную.
18+
Информация о бумажной книге
 
В стоимость входит:
  • твёрдая обложка, белоснежная бумага, 274 стр.
  • трек-номер для отслеживания
  • вручение под роспись, лично в руки, в вашем почтовом отделении 
  • заказ будет отправлен вам в течение 3-х рабочих дней после оплаты
  • доставка по РФ занимает в среднем от 2 до 5 дней, в зависимости от региона
  • 100% гарантия быстрого ответа: я всегда на связи.
18+
Купить цифровую за 285 руб.
Купить бумажную с пересылкой по РФ за 885 руб.
Купить бумажную с пересылкой за пределы РФ

СПЕЦИАЛЬНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ:

3 ЦИФРОВЫЕ КНИГИ ЗА 750 РУБ.

В этом наборе книги "Авантюрин", "Сказки для беспокойных" и "Джунгли внутри тебя".

Каждая книга обойдётся вам всего в 250 руб

3 БУМАЖНЫЕ КНИГИ ЗА 2399 РУБ.

В этом наборе книги "Авантюрин", "Сказки для беспокойных" и "Джунгли внутри тебя" с пересылкой в любую точку РФ.

Каждая книга обойдётся вам всего в 799 руб.