ИСТОРИИ ИЗ СБОРНИКА "АВАНТЮРИН"

Читать рассказ  

РУБИН В ВИНЕ

Вечер затухал, как угли покинутого костра. Усталые быки в хлевах выдыхали из ноздрей горячую тишину. В порту поднимались якоря, а моряки, уставшие от предсказуемости твёрдой земли, с вожделением смотрели на горизонт.

В городке на отвесной скале девушки заплели косы на ночь, щеками прижались к подушкам и погрузились в мечты. Закачались люльки, послышались колыбельные, шёпот, храп. Одно за другим погасли окна. К полуночи все уснули, никто не слышал, как рядом вздохнул вулкан. Трещина от этого вздоха поползла по скале, рассекла дом Джакомо, прошлась по плитке пола и штукатурке стен. Дом весь подался к пропасти, просела спальня и накренилась кровать, упала корзина с лимонами, скатились яблоки со стола.

Слушать и читать   
Читать рассказ 

АВАНТЮРИН

Мы сидели на застеклённой веранде, со всех сторон обдуваемой ветрами. Йорк засунул кончик сигары в гильотину и произнёс:

— Хочу увидеть Рио-де-ла-Плата.

Голос выдавал в нём романтика, сутулость и дёргающееся веко — многолетнего узника офиса. Под старость Йорк мог наконец пожить в своё удовольствие: построить дом на холме с лучшим видом на бухту, нанять пять служанок с Гаити, купить длинную яхту и щеголять по Род-Тауну в капитанской фуражке. Но единственным капитаном на той веранде был я.

— Рио-де-ла-Плата? Просто залив коричневого цвета…

— Нет, нет, ничего не рассказывайте. Я всё хочу увидеть сам. Ваша задача — рулить.

Читать рассказ  
Читать рассказ  

ПО КАПЛЕ ВОЗВРАЩАТЬ ДОЖДЬ

День выдался жарким. Семья Шонг спасалась в тени соломенного навеса у крыльца своего дома. Старик откинулся на спинку плетёного кресла, в гамаке лежал молодой мужчина, женщина шелушила фасоль, сидя на табуретке.
— Пятна на ткани памяти могут поблекнуть, но не исчезнуть, — вдруг сказал старик Нуо.
Чай с утра не остывал в его чашке, лёд в посёлок привозили раз в неделю; все в семье знали, что когда жарко и невозможно работать, старик заводит длинные разговоры.
— Ты даже не помнишь год, в который родился, — усмехнулась невестка, наблюдая за толчеёй мошек над лужей.
— Зачем мне помнить ненужные вещи? — ответил ей старый Нуо. — Память — это лаковая шкатулка, в ней нельзя хранить гвозди. Такой её никому не подаришь.

Читать рассказ  
Читать рассказ 

ДВАДЦАТЬ НОВЫХ ИСТИН

Давно зарос травой её двор, заколочены окна. Только ветер подметает ступеньки, дождь моет стены. Даже кот и собака, когда поняли, что в доме больше не будет хозяев, прижились в других семьях.

Есть такие в нашей деревне, кто уже забыл, как однажды в сумерках к этому дому подъехала тёмная машина с людьми в форме. Деревенские наблюдали из темноты, как всю семью — супругов и их дочь Льен — затолкали в салон автомобиля. Дверь дома осталась настежь открытой. Даже когда машина скрылась, никто не решался запереть дом соседей: все боялись прикоснуться к проклятому месту и навлечь на себя несчастье. Чай нетронутым остыл в их чайнике для заварки. Рисовая лапша заплесневела в кастрюле. 

Слушать и читать
Читать рассказ

ПОСЛЕДНИЕ ДНИ ОКТЯБРЯ

В то субботнее утро в Керкире я сидел на горячей от солнца скамье, ел солоноватый виноград и разглядывал часы — подарок отца на день рождения. Трогал выпуклый циферблат, гладил ремешок из оленьей кожи; не верил, что дядя окажется прав, и однажды буду рад расстаться с ними.

— Как я найду Ифиджению? — спросил я дядю Адрастуса, который подарил мне свой секрет на совершеннолетие.

— Узнаешь её, едва увидишь, — ответил он с такой улыбкой, словно катал во рту засахаренный абрикос. — Только поезжай непременно в конце октября. В ноябре уже поздно.

Я поцеловал его в щёку и попросил одолжить саквояж. Неделю спустя, в пятницу, двадцать первого октября, дядя довёз меня до причала Игуменицы.

Слушать и читать   
Читать рассказ 

ХОЛОД НАД ОЗЕРОМ

Три вулкана в сердце Центральной Америки долго плакали, когда погасли. Так появилось озеро между горами, а его берега обжили люди из кукурузы. Но как бы глубоко ни ныряли, ни погружали палки в воду, не могли нащупать дно и решили, что его вовсе нет, а озеро — это дверь в мир мёртвых. Оттого в прибрежных деревнях мамы и бабушки говорили девочкам: «Хочешь утопить печаль? Расскажи свою тайну жалобной кукле, положи её под подушку, а наутро привяжи к камню и брось в воду. Кукла поведает о твоих мучениях господам подземного царства Шибальбы. Они помогут».
Такие девочки, как Альбальба, которых с рождения обещали кому-то в жёны, едва научились говорить, каждый день бросали в озеро по камню. Потому вода поднималась, подмывала корни деревьев, проглатывала тропинки и причалы, наступала на посёлки.

Читать рассказ  
Читать рассказ  

ИСТОРИИ ИЗ СБОРНИКА "ЛУЧШЕ ЖУРАВЛЬ"

Читать рассказ 

ДЖЕЛЕМ

Группа туристов всю ночь взбиралась на гору. Мы хотели первыми улыбнуться большой золотистой корове — она не спеша брела к нам с востока. Вначале дорога была широкой. Путники трещали пустяками, шутками на всех языках мира, но с каждым метром гора всё яростнее отбирала у нас дыхание, силы. Люди карабкались молча, садились на валуны у дороги, обжигали рот кофе, платили арабам за осликов цену, которую те называли.

Ближе к вершине, как и должно быть, тропа стала каменистой и узкой. Я умирал от желания присесть отдохнуть, но видел впереди парня: крепкую спину, кудри, что танцевали под каждым порывом ветра; и думал: «Он остановится перевести дыхание — и я тоже». Не догадывался, что дом этого человека — дорога, и не стоило мне с ним тягаться.

На вершине горы, кто в спальном мешке, кто под одеялом из верблюжьей шерсти, странники дожидались рассвета. 

Читать рассказ  
Читать рассказ 

АБСОЛЮТНО ЧИСТЫЙ ПО ЦЕЛИ ХОД

Разглядывая один из глубочайших каньонов в мире, землю индейцев навахо, я старался не корить себя за упущенный чемпионский титул. Но красота не всегда отвлекала. Перед глазами то и дело всплывали сбитая ладья, две пожертвованные пешки…

— Были и хорошие комбинации, чёрт побери! — бросил туда, где открытой раной зияли четыре земные эры. — Надо же завалиться на коротких партиях в финале! Почему мне никак не даются блицы?

Во рту стало горько. Я полез в карман за карамелькой, но неожиданно мне под ноги упала тетрадка. Я оглянулся: хозяин предмета уходил с верхней смотровой площадки. Я побежал за ним, хотел спросить, не случайно ли он обронил бумаги.

Читать рассказ  
Читать рассказ  

ЗДЕСЬ БУДЕТ МОЙ ДОМ, В САН-ОНОФРЕ

Я много ходил до того, как пришёл в Сан-Онофре.

Родился между джунглями и пустыней, неподалёку от гор с белыми головами, внутри которых индейцы тайрона спрятали свой золотой город. Зовётся эта земля Гуахирой. Но все мы должны были уйти оттуда после того, как вода заболела. Деревья стали ломкими и белыми, как паутина. Поля покрылись багровой коркой. Реки вытолкнули из себя всё живое вместе с белопузой, распухшей рыбой.

Я был сиротой, потому мне ничего не оставалось, как отправить себя в дороги. Только с них меня и не гнали. Шёл по стороне, где было больше тени, от Боготы до Гуякиля; от Нейвы до Буэнавентуры. Другие путники, не то что хлебом, не делились со мной даже улыбкой. Еды я мог добыть лишь у оседлых. 

Слушать и читать   
Читать рассказ 

ОБА МИРА

— Как быстро растут дети! — воскликнула тётя Камила.
Фелиция ускользнула от поцелуя с запахом тушеной капусты. Отошла на шаг и спросила:
— Я правда выросла, тётя?
— Ого! Какой большой стала!
Камила выпучила глаза и развела руками.
Девочка побежала в свою спальню. Взяла карандаш, прижалась позвоночником к двери, начертила линию над макушкой.
— С прошлого месяца… полсантиметра.
Убедилась, что никто не пошёл за ней следом, и открыла тумбочку: там хранилось пятьдесят четыре журнала с чердака летнего дома. Чтобы привезти их в город, пришлось написать на коробке «Книги школьной программы». Обман не раскрыли.

Читать рассказ   
Читать рассказ 

ТОЧКА

Призраки не обязательно появляются ночью. Их, узников прошлого, можно встретить и ранним утром, когда под подошвами хрустит морозная галька сада, а стёкла булочных запотели от тёплого хлеба в витринах.

В то утро призрак дожидался меня на лавочке у моего ресторана. Я замер, втянул носом ледяной воздух. Очертания её профиля разогнали мне сердце сильнее прыжка с парашютом. Третьим лишним оказался продавец фруктовой лавки. Гремел ставнями, из пустых ящиков сооружал витрину. Там, среди утренней дымки и запаха ананасов, мы с призраком спустя девять лет снова соединили взгляды.

— Ме… меня ждёшь?

Следовало броситься к ней, обнять, целовать в щёку; шептать, что рад видеть. Но когда-то читал, что при встрече с привидением нужно вести себя как ни в чём не бывало.

Читать рассказ  
Читать рассказ

ЗАКОН СУББОТЫ

Если назначить с вдохновением встречу, оно придёт, это точно.
Я всегда договариваюсь с ним на девять. Сажусь за стол, застилаю его бумагой, беру комок сырой глины. Разминаю, скатываю трубочкой, комкаю снова — и вот оно, озарение: будет ваза. Сделаю её цвета весеннего Арарата, когда подтаивает ледяная корка, и земля дышит жадно, как ловец жемчуга, вынырнувший на поверхность. Молодые дерзкие горы плюются огнём и всё вокруг себя сжигают. Старые горы, наоборот, собирают на себе землю. Пусть такой, землистой, будет и эта ваза, лишённой симметрии, в складках…

От моих движений скрипит табуретка. Ступни на досках, холодная вода в стакане. В левом углу стола — ежедневник. С его помощью я веду себя к цели. 

Читать рассказ  
Читать рассказ 

В 2013 году, гуляя по бразильскому городу Салвадору, я нашла историю, которая заискрилась в голове бенгальским огнем. Но писать ее начала лишь в 2014. Мои редакторы из Conde Nast Traveller и "Моей Планеты" требовали новых текстов, а я отмалчивалась и строчила роман. Строчила ежедневно, с утра до вечера, восемь месяцев подряд. Когда черновик раздулся до 900 страниц, я познакомилась с первым в жизни творческим кризисом. 
Тогда бросила роман и взялась за рассказы. Появился "Авантюрин", за ним - "Лучше журавль". У меня больше не осталось поводов откладывать переделку "Бразилиса", того самого большого романа, про который я говорила во всех интервью.
От 900 страниц остались 130 самого пронзительного, важного и... сказочного. Они про то, что для каждого на земле приготовлено свое сокровище. Нужно только довериться сердцу и научиться различать знаки судьбы, чтобы найти его. 

ЭПИЗОДЫ ИЗ РОМАНА "БРАЗИЛИС"

Читать начало романа

ИСТОРИЯ

ЧИКО-РЕЯ

Корни деревьев ломали асфальт, как печенье. Автобус прыгал на них, забираясь в горы. На моих коленях вздрагивала книга про Чико-Рея. Так прозвали короля Галангу из Конго. Он рабом попал на рудники Минас-Жерайс оттого, что слишком любил охоту.

То тут, то там из травы высовывались уши. Всё внимание свиты досталось зайцу, потому во владения короля незаметно пробралась португальская шайка. Галангу и его придворных окружили, связали, затолкали в трюм «Магдалены», где уже сидело в цепях остальное племя.

Ночь спрятала судно в себя, в доски борта стучали волны. Король прошептал:

— Попросим все разом Замби-Апунго, чтобы потопил корабль и отпустил нас.

Читать далее 
Читать историю Мерседес 

ИСТОРИЯ

ВИВИАН

С тех пор как Марко О’Шейли решил отправиться за золотом на новую землю, его невеста не знала покоя.

— Может, эта Бразилис вовсе не существует, — говорила Вивиан. — Останься.

Марко ей отвечал:

— Вернусь с деньгами — сыграем свадьбу.

Как возразить ему Вивиан не знала.

Он уехал, а она по ночам не спала, слушала бой часов на городской башне. Время растянулось, как караван бедуинов. Казалось, между ударом и ударом проходила вечность. Если под рыжей копной появлялась мысль — она была лишь о Марко. Если вытекала слеза — она была об ушедшем. 

Читать далее